О съёмках

«Я всегда верил: при усердном труде и небольшом везении,
мой успех - лишь дело времени!»
Реми, le chef

Париж «Рататуя»: захватывающий взгляд на город огней

Из всех городов мира Париж, наверное, чаще всего встречается на фотографиях, картинах, в книгах, мечтах и сердцах людей. Но «Рататуй» сумел подарить зрителю новый взгляд на него. Сюжет фильма развивается на двух очень несхожих, но в равной степени волшебных уровнях города: в очаровательном и цивилизованном мире ресторанов и кафе над землёй - и в запутанном, загадочном, кипучем подземном мире, где обитает семья Джанго.   «На Париж смотрели по-разному, но никогда – с точки зрения крысы», – смеётся Бред Бёрд. В работе над этим необычным взглядом Бёрд тесно сотрудничал с художником-постановщиком Харли Джессапом, перед которым была поставлена самая увлекательная задача, с которой когда-либо сталкивался аниматор: не только выразить самую суть Города Огней средствами компьютерной анимации, но и создать пейзаж, который бы не только служил фоном, но и стал бы отдельным персонажем в мире Реми.

Само собой, Джессап начал работу с вдохновляющего турне по Франции с Шерон Калахан, ответственной за съёмки и постановку света. «Мы смотрели, главным образом, на цвета, тени и фактуру поверхности», – рассказывает Джессап. – «Мы поняли, что нужно использовать совсем не ту цветовую палитру, что раньше. Основа Парижа – классический, каменный стиль, разбавленный вкраплениями цвета. Однажды мы увидели на улице женщину в красном плаще; она словно сверкала на сером фоне – и мы захотели добиться в фильме того же эффекта. Вот почему цвета тут более приглушены, чем во всех остальных фильмах «Пиксар». Это нас слегка тревожило, поскольку анимационные фильмы, как правило, насыщены цветами, а мы используем, в основном, полутона. Но я всё-таки думаю, что цвет становится только выразительней, если используется экономно».  

Когда дело дошло до прорисовки пейзажей, Джессап уже не так сдерживал себя. «Мы хотели создать классическую сказку о Париже», – говорит он. – «Это и без того волшебный город, но мы сделали шпили и купола ещё более рельефными, чтобы усилить их волшебное очарование». Хотя большинство мест, в которых происходит действие фильма, вымышлены, Джессап аккуратно перенёс в фильме несколько легендарных достопримечательностей города, например – красивейший мост Александра III, у которого и складывается союз Лингвини и Реми.

Даже расхваленное небо Парижа вдохновляло художников. «Французское небо – особенное, именно поэтому во Франции родился импрессионизм», – подмечает Джессап. – «Там по-особенному прекрасный свет, слегка затуманенный, и мы очень старались передать его в натурных сценах».

Чтобы исследовать подземный мир, в котором живут Реми и его собратья-грызуны, Джессап лично спускался во чрево Парижа: в знаменитые канализационные сети, по которым прогуливался сам Наполеон. «Мы обошли канализацию, подземелья и карьерные туннели, где добывался известняк для городских построек», – вспоминает Джессап. – «Наше путешествие было построено на контрастах: днём мы ползали по канализации, а вечерами ужинали в шикарнейших ресторанах! Но, собственно, об этом и наш фильм: крысёнку Реми не полагается ходить в места для людей, однако именно там он и оказывается».

Настоящие канализационные сети показались Джессапу слишком влажными и тесными, поэтому он их слегка облагородил. «Мы добивались большей выразительности, драматичности», – говорит он, – «но и не хотели впасть в торжественный пафос. Мы используем классические формы, которыми пользуемся и в наземном, человеческом мире, но только делаем их грубее, с налётом мха и водорослей. Кроме того, мы сделали крысиные поселения похожими на цыганские таборы. Они собирают клочки ткани, ящики из-под французского вина, греются все вместе у костра и создают тёплую, семейную атмосферу».

Родственники Реми пользуются окружающими их предметами очень изобретательно и с фантазией. Джессап получил особенное удовольствие от работы над самодельными лодками, на которых они спасаются в проливной дождь из французской деревни. «Эти лодки сделаны из всего, что попалось им под руку», – рассказывает Джессап. – «Из бочонков, леек, чайников и кучи других забавных вещей».

Бурные потоки, по которым несутся крысы на своих утлых судёнышках, потребовали особых эффектов. «Технически очень сложно работать с текущей водой», – отмечает супервайзер эффектов Апурва Шах. – «Мы приложили немало усилий, чтобы нарисовать реку в динамике, дождь и бегство крыс. За последние годы изобретено много способов, позволяющих сделать нарисованную на компьютере воду максимально достоверной, и мы воспользовались ими». Чтобы ощутить на своём опыте, что значит быстрый поток, Шах и его команда даже сплавились по реке 3-го класса сложности близ Сакраменто! 

Самым неподдающимся элементом для Джессапа стало то самое место, где Реми впервые ощущает, что его мечты становятся реальностью: кухня ресторана «Гюсто». «Дизайн кухни за два года сильно изменился», – говорит он. – «Мы посетили немало французских кухонь и использовали очень специфические детали, подсмотренные там.

Главное отличие от них в том, что наша кухня гораздо шире, тогда как большинство реальных кухонь – это череда маленьких, соединённых между собою комнаток, которые плохо смотрятся на экране. Но мы, тем не менее, разделили участки для выпечки, готовки рыбы, мяса, холодных закусок и так далее – поэтому нам было нужно большое пространство».

Это пространство превращается в арену для комической суматохи, стоит лишь в нём появиться Реми – и это тоже стало испытанием для операторов фильма. Хотя Реми любит готовить, на человеческой кухне ему приходится избегать множества опасностей, стараться не упасть в кипящие котлы и не утонуть в раковине с грязной водой.

Роберт Андерсон, оператор, говорит: «Часто камеры начинают суетиться, повторяя суету на кухне. В некоторых сценах вы сначала видите Реми за готовкой: камера движется плавно, под спокойную музыку, наблюдая за тем, как он работает над восхитительным блюдом. Но вдруг кто-то замечает Реми на кухне, и теперь камера гонится за ним, люди бросают в него предметы, и на бегу он чуть было не попадает в духовку. Камера всегда там, где он».

Для фантастического облика ресторана «Гюсто» также очень важен был зал для посетителей. В нём нашли своё отражение несколько знаменитых парижских ресторанов, включая «Ги Савуа», «Тайеван», «Ла Тур д’Аржан» и «Ле Трен Блё», популярное место в стиле Прекрасной Эпохи, расположенное на Лионском вокзале, известное не только пышным декором, но и классической кухней.

«Мы опирались на несколько французских ресторанов, но «Гюсто» из них – самый роскошный», – признаётся Джессап. – «Он наполнен огромными позолоченными сводами, потолочными фресками, красными портьерами. По размерам он напоминает дворец, то создаёт идеальный контраст для маленького Реми, который хочет стать в нём шеф-поваром».

При цитировании материалов не забывайте ставить ссылку на источник: www.ratatuy.ru